Хорошее отношение к лошадям

Читать стих «Хорошее отношение к лошадям» Маяковского Владимира Владимировича можно на сайте. Произведение написано в 1918 году и основано на реальном случае. Однажды Маяковский стал свидетелем того, как на Кузнецком мосту подскользнувшись, упала на круп рыжая лошадь. Собравшаяся толпа увидела повод для веселого смеха, и лишь поэт проявил к животному участие и сострадание.

Сама личность Владимира Маяковского очень неординарна. Высокий, с энергичными чертами лица, с прямотой характера и беспощадностью к глупости, подлости и лжи, он большинству современников казался не только смелым и дерзким в поэтических новшествах, но и несколько брутальным и демонстративным в характере. Однако немногие знали, что у Маяковского была тонкая, чувствительная, ранимая душа. Случай с упавшим животным, над которым смеялись подошедшие зеваки, тронул поэта. Щемящая боль в лошадиных глазах, «каплищи слез», катящиеся по морде, отозвались болью в его сердце, а «звериная тоска» разлилась по улице и смешалась с тоской человеческой. Тоской по добру, сочувствию чужой боли, сопереживанию. Маяковский сравнивает людей с лошадьми – ведь животные, как и человек, способны чувствовать боль, нуждаются в понимании и поддержке, добром слове, даже если сами не способны говорить. Часто сталкиваясь с непониманием, завистью, людской злобой, холодным равнодушием, испытывая порой усталость от жизни и «заезженность», поэт смог проникнуться болью животного. Его соучастие и простые дружеские слова помогли кобыле «рвануться, встать на ноги», стряхнуть старость, почувствовать себя молодым и резвым жеребенком – сильным, здоровым, жаждущим жизни.

Текст стихотворения Маяковского «Хорошее отношеник к лошадям» можно полностью скачать илли читать онлайн на уроке литературы в классе.

Били копыта,
Пели будто:
– Гриб.
Грабь.
Гроб.
Груб.-
Ветром опита,
льдом обута
улица скользила.
Лошадь на круп
грохнулась,
и сразу
за зевакой зевака,
штаны пришедшие Кузнецким клёшить,
сгрудились,
смех зазвенел и зазвякал:
– Лошадь упала!
– Упала лошадь! –
Смеялся Кузнецкий.
Лишь один я
голос свой не вмешивал в вой ему.
Подошел
и вижу
глаза лошадиные…

Улица опрокинулась,
течет по-своему…

Подошел и вижу –
За каплищей каплища
по морде катится,
прячется в шерсти…

И какая-то общая
звериная тоска
плеща вылилась из меня
и расплылась в шелесте.
“Лошадь, не надо.
Лошадь, слушайте –
чего вы думаете, что вы сих плоше?
Деточка,
все мы немножко лошади,
каждый из нас по-своему лошадь”.
Может быть,
– старая –
и не нуждалась в няньке,
может быть, и мысль ей моя казалась пошла,
только
лошадь
рванулась,
встала на ноги,
ржанула
и пошла.
Хвостом помахивала.
Рыжий ребенок.
Пришла веселая,
стала в стойло.
И всё ей казалось –
она жеребенок,
и стоило жить,
и работать стоило.

А вы хорошо знаете это стихотворение?